$70,99 -0,07 €82,64 +0,02

 

Уфимский тренер взялся обучать тайскому боксу мальчика с ДЦП: Что из этого вышло

Фото: UfaTime.ru

В Уфе основы тайского бокса осваивает необычный спортсмен – Максим. Ему 11 лет, и у него ДЦП. Школьник вместе с тренером Романом Моргуновым на личном примере доказывает, что детский церебральный паралич не приговор.

В тайский бокс мальчика привела мама Лилия, которая хотела, чтобы сын научился защищать себя.

Лилия, мама:

«Когда он был помладше, он не мог дать сдачи, потому что боялся сделать больно другим. Даже когда его моя старшая дочь специально провоцировала, он говорил: «Нет, я не дам сдачи, потому что тебе будет больно». Я понимала, что в будущем это станет проблемой, потому что он ходит в обычную школу, растет, мальчишки есть мальчишки. Я начала искать тренера по единоборствам, который бы согласился нас взять, но все заранее отказывались. Через тренера по плаванию мы узнали о Романе Валерьевиче, он первый, кто сказал: "Приводите, посмотрим"».

Максим занимается уже полгода, и, по словам тренера, прогресс уже налицо.

Роман Моргунов:

«Я не реабилитолог, не врач, я тренер, наша основная задача не исправить что-то, не вылечить, а общая физическая подготовка. Я перелопатил кучу специальной литературы, лазил на сайтах, но в конце концов понял, что правильнее будет тренировать его на своем опыте, а не по книжкам. Конечно, вижу какие-то проблемы с мышцами в ногах и руках, даю продуманные упражнения, которые напрягают одни мышцы и расслабляют другие, но это не реабилитация. В Уфе мне не у кого попросить совета – тренеров, которые бы занимались с детьми с ДЦП боксом, нет. Я первопроходец, как и сам Максим и его мама. Они не побоялись прийти в такой довольно жесткий и контактный вид спорта, как тайский бокс. Мы ему не даем слабину, не берем в расчет его диагноз. Конечно, здоровый ребенок за полгода быстрее бы освоил навыки, которые сейчас есть у Максима, техника ударов была бы лучше, я трезво смотрю на вещи. Но Максим старательнее многих других спортсменов. Ему покажешь – он делает, делает и делает, да, с ошибками, да, не все получается, но он делает. Ему интереснее, чем другим спортсменам. Он каждый раз приходит на тренировку со словами «Я так ждал нашей тренировки».

Сам Максим прекрасно осознает свой диагноз и понимает, что уступает в техничности другим спортсменам его возраста, но энтузиазма от этого у него меньше не стало.

Максим:

«В тайском боксе мне нравятся удары, их разнообразие: ногой, коленом, локтем, апперкоты, боковые. Пропускать удары самому, конечно, больно, но я терплю. Друзья у меня в основном кибер-спортсмены. Приемы я показывал только в школе мальчикам».

К слову, единоборства не единственное увлечение Максима. Школьник большой ценитель творчества Пушкина и Мустая Карима – декларирует стихи наизусть, знает точные даты рождения и смерти, а на каникулах пятиклассник увлекся русской историей – уже дошел до периода XIII-XV веков.

По словам мамы, у Максима феноменальная память, ему достаточно один раз прочитать стихотворение, чтобы рассказать его наизусть. Но так легко даются только интересные ему самому вещи, заставить его выучить что-то скучное сложно.

Еще одна любовь Максима – медицина. Все началось с сериала «Скорая помощь», школьник знает все серии наизусть, помнит диагнозы и назначенные киноврачами схемы лечения. Он всерьез подумывает о поступлении в медицинский. По мнению мамы, хирургом он, конечно, не станет, но хорошим неврологом – вполне.

Пяти минут разговора с Максимом хватает, чтобы убедиться, что это особенный ребенок, и вовсе не из-за диагноза. Столько энергии, добродушия и смелости не ожидаешь увидеть в мальчике с инвалидностью. Семья Максима убеждена, что все предрассудки о детях с ДЦП только в головах родителей.

Лилия, мама:

«Я знаю много мам особенных детей, многие из них сами стесняются их. До сих пор есть такие, кто почти не выводит ребенка гулять, потому что у него ДЦП. Надо начать с себя. У меня тоже были стресс и депрессия, но, когда ты понимаешь, что никто кроме тебя это не сделает, у тебя просто не остается выбора. Кроме тебя никто твоему ребенку не поможет,
 
поэтому собираешь себя в кучу и идешь вперед, делаешь все, что нужно. Не все с этим справляются: сильных мам очень много, но и слабых хватает. С диагнозом ДЦП важно не останавливать реабилитацию. В первые три года жизни Максима у нас был только один выходной в неделю, все остальное время мы ходили на массаж, плавание, иппотерапию. Сейчас государство нас хорошо поддерживает, можно вообще из одной реабилитации сразу в другую идти. Много в Уфе центров, технически, может быть, не самые современные, но они есть».

Эльмира, старшая сестра:

«Сначала в силу возраста не понимала, как с ним общаться, у нас правда очень большая разница – 16 лет. Когда мы узнали о диагнозе, первая мысль – надо помогать маме и ставить его на ноги. Это не обсуждалось, мама меня не заставляла. Я находила упражнения в Интернете, повторяла дома то, что с ним делали на реабилитации. Благодаря ему я выбрала свою профессию – я занимаюсь реабилитацией инвалидов, правда, взрослых».

Другие новости рубрики